Певица Нина Шацкая о поездке в Ботсвану

Великолепная певица Нина Шацкая рассказывает о своей поездке в Ботсвану с туроператором Ультра-Трэвел Люкс.

"В этот раз я отправилась в необычное путешествие: вместо комфорта и стильного дизайнерского убранства африканских этноотелей — лоджей я выбрала ночевки в палатках, питание из общего котла и перемещение в траке с англоязычной группой. Короче, меня ожидало все то, чего я была лишена в кисейном детстве! В аэропорту меня встретил гид — симпатичный юарский юноша по имени Генри, который для начала завез меня в супермаркет: на ближайшие пять дней нужно было запастись водой и всем тем, что мне может захотеться съесть сверх запасенного для группы. Я ограничилась бутылкой местного вина и впоследствии пожалела, что одной. В первый день была запланирована экзотическая прогулка по протокам дельты, вдоль обширных зарослей камыша и цветущих лотосовых плантаций. Путешествие по зеркальным каналам среди лилий и камыша состоялось в одиночестве, если не считать рулевого и сопровождающего. Тишину нарушали лишь плеск воды, шорох птичьих крыльев и треск придорожных зарослей, в прохладе которых пережидали жару бегемоты и слоны. Как я выяснила, прохлада воды привлекает и туристов тоже. Купание в речке несказанно удивило меня — не столько из-за снующих по берегам крокодилов, сколько из-за стереотипов о специ-фических африканских инфекциях. Но оказалось, что здешняя вода пригодна не только для купания, но и для питья (без кипячения!). Хотя за три дня пребывания в дельте Окаванго я так и не рискнула присоединиться ни к купальщикам, ни тем более к тем, кто утолял жажду, зачерпнув воду за бортом.

Нас ожидали три дня среди животных, в натуральных природных условиях, во что сразу было трудно поверить. Гид Дольфин начал лекцию с рассказа о низкорослом кустарнике уолсейдже, разросшемся, насколько хватало глаз. Веточки его женской разновидности местные жители используют как туалетную бумагу (они невероятно мягкие и превосходно пахнут). Мужскими жесткими соцветиями натираются в целях отпугивания комаров, они— прекрасный инсектицид. Разломав огромную слоновью какашку, Дольфин рассказывал, каким прекрасным отопительным средством она является, как долго горит и даже сохраняет внутри огонь, который, к сожалению, может самовозгораться, и в периоды засухи из-за этого возникают пожары, уничтожающие огромные площади кустарника.

С разговорами мы гуляли до заката, и по африканской традиции вышли его встречать, поднимая кружки с тем, что было припасено у каждого в отдельности. 


В шесть утра, перед рассветом, мы поднялись, чтобы отправиться в 4-часовую пешую прогулку по бушу — искать животных. Но пешком подойти к ним близко невозможно: почуяв людей, они убегают. Ранней осенью в Ботсване все голое, желтое и сухое: зелень здесь бывает только в периоды дождей. Мелкий, как пыль, белый песок, аромат сухих трав, пение птиц… Вдалеке видны длинные шеи жирафов, под ними — зебры и косули. Возвращаясь в лагерь, мы повстречали одинокого маленького зебренка, не больше месяца от роду.

Дольфин сказал, что, скорее всего, его маму загрыз лев, и теперь эта крошка вряд ли выживет. Было невыносимо жалко смотреть на малышку, едва державшуюся на тоненьких ножках. Совершенно бесстрашно она подошла к людям и даже дала себя погладить.
 

Неожиданно мы увидели пламя невдалеке, но аборигены даже ухом не повели: оказывается, кустарник часто самовозгорается в здешних местах, и хотя огонь был высоким и страшным, он шел в другую сторону. На закате мы вновь отправились в путешествие — теперь уже в сосисочных каноэ: поснимать птиц, лилии и, если повезет, бегемотов. Но случай не подвернулся, бегемоты упорно прятались, и только их грозное похрюкивание доносилось из зарослей, окружающих протоки. Сколько я ни колдовала: «Бегемотики, миленькие, ну выйдите к нам!» — они так и не появились. Полюбовавшись закатом с реки, мы вернулись в лагерь, где нас ждала фантастическая запеченная на костре рыба, выловленная нашим «шеф-поваром». За ужином, как и полагается в Африке, местные гиды устроили нам потрясающий концерт с плясками и песнями около костра.

Проснулась я в полной темноте от шумной возни по соседству с моей палаткой. Хождение никак не прекращалось, и я выглянула сквозь сетку окна наружу… То, что я увидела, заставило меня замереть! На фоне светающего неба в метре от палатки… стоял бегемот! Похоже, он-таки услышал мои мольбы и пришел— жаль, что так поздно! Зная, как опасны эти животные в ярости, я боялась дышать. Сфотографировать это чудо я побоялась: неизвестно, как бы он отреагировал на вспышку фотоаппарата. Повздыхав и потоптавшись минут десять, он ушел восвояси, и я опять заснула. Наутро гид, ухмыльнувшись пошутил: «Бегемоты — вегетарианцы, они не питаются мясом, а убийство для них — фан, хобби…»
Легко позавтракав, мы направились к месту следующей трехдневной остановки — в парк Мореми. Добираться пришлось долго; дорога напоминала молочную реку, только вместо молока ее русло было до краев наполнено белоснежной пылью, будто кто-то просыпал несметное количество муки. Даже трудно вообразить, что творится с этой мукой в сезон дождей и как передвигается по ней транспорт. По пути мы остановились в придорожной лавке. Магазин напомнил 70-е годы советской России: на прилавках — макароны, рис, растительное масло, приправы да две разновидности дешевого юарского вина. Я прихватила по бутылке каждого, чтобы продегустировать. Велико же было мое удивление, когда вино оказалось более чем сносным!
 

На одну ночь мы остановились в кемпе в Макгадигади. 

Вместо низкорослого кустарника по обеим сторонам дороги до горизонта расстилались ровные желтые плато. Ковыль высох, сильные ветры обломали солому почти до основания, словно по ней прошлась сенокосилка. Эти места известны огромными соляными пустынями, которые возникают в сухой период, когда испаряются мелкие, но обширные озера. В период дождей в этих озерах кормятся огромные стаи фламинго, окрашивая небо живыми розовыми облаками. К моему большому сожалению, пустыня встретила нас неприветливо, фламинго покинули здешние места до следующего дождливого сезона! И я решила, что обязательно вернусь, чтоб с ними повстречаться. К вечеру, измотанные и пропыленные, мы добрались до цели — скромного лагеря, расположенного среди совершенно сухого невысокого леса. И как будто специально к нашему приезду, к водопою выбежало слоновье семейство; они так торопились — казалось, 

что боятся не успеть напиться до темноты. Сумерки стерли разнообразие красок, оставив всего два цвета: серые слоновьи тела, серое небо с распростертыми на нем серыми ветками и розовые блики заката, отражающиеся в воде и прожилках опавшей листвы… Надо сказать, что утро в сентябрьской Ботсване не просто холодное! Студеный воздух пахнет зимой совершенно так же, как в наших ноябрьских лесах, но к счастью, с появлением солнца он моментально прогревается. Невозможно не сказать о необыкновенном аромате земли! Прогретая солнцем, с невероятным множеством засохших или уже цветущих трав — все это благоухает! А с первой росой ароматы становятся еще ярче.


Следующие два дня в национальном парке Чоби, к моему счастью, соответствовали стандартам африканских сафари: два геймдрайва в день. Первый — на рассвете, с подъемом до восхода, без завтраков и потягушек, потом — обед и второй выезд перед заходом, с традиционным бокалом шампанского на закате. В первый день, уже на самом выезде из парка, меня поразила неисчислимая колония слонов, бродивших весь день по тропинкам, дорогам и речке в одиночестве или разрозненными группами. С заходом солнца они собрались в предлинную вереницу, двигающуюся в едином направлении. Огромные самцы и заботливые мамаши подталкивали хоботами зазевавшихся малышей. Посреди дороги в горячей пыли развалилось львиное семейство. Молодые львята, не успевшие еще обрасти гривами, только взволнованно провожали недоступную добычу — величественно шествующую мимо них бесконечную слоновью колонну.

Следующей нашей целью был городок Ливингстоун и, конечно, же водопад Виктория, являющийся естественной границей с Зимбабве. Оторвавшись от изрядно надоевшей мне группы, я села не на роскошный корабль с ужином и безлимитным алкоголем, а в маленькую лодку и вместо круиза поплыла на сафари. Мимо пролетали диковинные птицы! В тот момент, когда я оказалась одна на носу нашей посудины, вдруг откуда ни возьмись перед самой лодкой разверзнул пасть внезапно вынырнувший бегемот!..

А когда африканское солнышко закатилось за горизонт и я, сентиментально пустив слезу, с ним попрощалась, случилось самое главное! Двое энергичных замбийцев решили то ли меня попугать, то ли порезвиться, но, врубив мотор на полную катушку, они рванули в сторону водяного облака, висящего над водопадом! Вода между многочисленных островков бурлила, как в кипящей кастрюле! Каждая протока имела собственное течение; приближаясь к водопаду, оно набирало скорость и, сталкиваясь с соседними, закручивалось в водовороты! В долю секунды я стала мокрой с ног до головы и счастливой — никакого страха, только бешеный восторг! Так и сбылась еще одна моя мечта!"


Нина Шацкая: http://www.facebook.com/NinaShackaya